23.09.2018:03:43

«Не исчерпал я жизни квоту…»

13.09.2018 - 16:45
Просмотров: 57
Версия для печати

Часто в житейской суете мы не замечаем, что рядом с нами живут и работают очень необычные люди, которые в жизни многим интересуются, многое умеют, стремятся выйти за рамки привычного в своей профессии… Их иногда не замечают, иногда стараются не замечать: вроде рядом и совсем такой же – как же он может чем-то отличаться или быть лучше?

 Вот такого «простого» и одновременно очень неординарного человека мы пригласили сегодня в рубрику «Персона». В нем воплощены три ипостаси. Тяга к рисованию и стремление «упорядочивать линию» привели его в архитектуру. Любовь к прекрасному и умение облекать чувства в рифмы сделали поэтом. А звучащая в душе музыка – сочинителем музыки и музыкантом, которому подвластны аккордеон, фортепиано и синтезатор.

Знакомьтесь: архитектор, художник, поэт, музыкант и композитор – Сталин Иванович Федченко (известен всем под именем Станислав Иванович или просто Стас). Совсем недавно, 7 мая 2018 г., ему исполнилось 80 лет. Несмотря на такой значительный возраст, он продолжает работать, преподает на кафедре «Жилые и общественные здания» архитектурного факультета БНТУ, имеет персональную творческую мастерскую, занимается живописью, пишет стихи, сочиняет песни и инструментальную музыку, а по утрам играет диксиленды... 

У Вас такое необычное и редкое имя – Сталин...

– Я родился в 1938 г. в Софийске-на-Амуре Хабаровского края в семье комиссара Красной армии. Тогда появлялись новые имена, в том числе женское имя Сталина. Родители ждали ребеночка-девочку, а родился мальчик, то есть я, вот меня и назвали Сталином (с  ударением на “ин”). Люди по-разному относились к моему имени – были улыбки и не очень добрые слова, но многие все же с уважением. В юности стеснялся своего имени и поэтому придумал «псевдоним» для неофициальных встреч и отношений – Станислав Иванович. В  2007 г. добавилось и церковное имя Святослав – при крещении в православной церкви в местечке Супрасль близ польского города Белостока. Крестным отцом стал доктор архитектуры из Белостокской Политехники, автор многих построенных церквей в Польше и Беларуси Ежи Устинович.

– Вернемся ненадолго в детство… Каким оно было у детей военного времени?        

– Детские годы прошли в Сибири в многодетной семье. У матери было девять детей, из них пятерых поднимала одна – отец во время войны служил в войсках на восточной границе СССР.  Несмотря на бедность, все выжили. Мама поощряла мои творческие способности: ходила на перрон и покупала у возвращающихся домой из Европы демобилизованных солдат цветные карандаши и бумагу, что дало мне возможность пристраститься к рисованию. Когда учился в шестом классе, купила маленький старый аккордеон, и он стал любимым инструментом на всю жизнь.

Как Вы, сибиряк, попали в Беларусь?                            

– По окончании средней школы в Петропавловске Северо-Казахстанской области поступил в 1955 г. на архитектурный факультет Новосибирского инженерно-строительного института (Сибстрина), который успешно окончил в 1961 г. Первые шесть лет работал архитектором в Новосибирске, а в 1967 г. по приглашению переехал в Минск. Как оказалось, навсегда. Вначале работал руководителем группы, затем главным архитектором проектов в институте «Минскпроект» (около 8 лет), руководителем архитектурно-конструкторских мастерских АКМ-1 и  АКМ-3 в институте «Белгоспроект» в течение 13 лет (и в  других должностях – всего 17 лет), с 1993 по 1999 г. – в должности главного архитектора ОАО «Минскгражданпроект». После ухода из института по возрасту стал работать в своей творческой мастерской и преподавать в Белорусском национальном техническом университете. За 19 лет подготовил в качестве руководителя дипломных проектов 59 дипломников.

– Послужной список внушителен. Наверное, и осуществленных объектов за годы творчества накопилось немало?

– В проектных институтах Новосибирска и Минска создал лично и в составе творческих коллективов немало интересных проектов с последующей их реализацией. Самые важные и значительные хотелось бы назвать. В Минске: 7-этажный 21-квартирный жилой дом для работников Совмина и ЦК КПБ по Войсковому переулку; 9–11-этажный 240-квартирный жилой дом  для работников МАЗа по Партизанскому проспекту; 9–11-этажный жилой дом со встроенными помещениями по ул. Куйбышева (в квартале улиц В. Хоружей – Куйбышева); гостиница «Планета» на 600 мест на пр. Победителей.  Мемориальный ансамбль «Погибшим, но непобежденным воинам Белорусского пограничного округа», посвященный памяти 19 тысячам пограничников, погибших в первые дни Великой Отечественной войны в Гродно (в соавт. со скульптором Г.В. Буралкиным). Мемориальный комплекс «Доры» в д. Доры Воложинского района Минской области, посвященный памяти 200 жителей деревни, заживо сожженных фашистами в деревянной церкви 23 июля 1943 г. (в соавт. со скульптором Н.И. Кондратьевым и архит. О.Б. Ладыгиной). Надгробный памятник Песняру Беларуси, народному артисту Беларуси и России Владимиру Мулявину на Восточном кладбище в Минске (в соавт. со скульптором А.М. Кострюковым). Мемориальный знак памяти пограничникам и аллея Героев в Лоеве Гомельской области, открытие которых было приурочено к празднованию 500-летия города (скульптор Г.В. Буралкин).

– И с каждым из них, наверное, связаны целые истории…

– Очень горжусь мемориальным ансамблем в Гродно. На церемонии открытия 22 июня 2004 г. присутствовали около 15 тысяч человек. Президент Республики Беларусь Александр Григорьевич Лукашенко отметил, что этот мемориал будет таким же святым местом, как и Брестская крепость. Нас с Буралкиным неоднократно выдвигали на соискание Государственной премии Республики Беларусь, премии Союзного государства России и Беларуси, премии Франциска Скорины, но по разным причинам «награда не находила своего героя». Только в 2017 г. очередное выдвижение закончилось награждением медалью Франциска Скорины.  По указанию Президента об авторах мемориальных ансамблей был снят видеофильм, а на киностудии Беларусьфильм  –  документальный фильм. 

  Много чувств пережито при создании первого мемориального комплекса – «Доры» (открыт в июле 1991 г.). Архитектурный проект разрабатывался в моей творческой мастерской. Скульптор Н.И. Кондратьев еще в 1970-е годы по заказу московской организации сделал из дерева скульптурную композицию «Вдовы», но ее почему-то у него не взяли и он подарил ее музею Великой Отечественной войны.  Получив заказ на создание памятника погибшим жителям д. Доры, он хотел поставить на заданное место возле кладбища скульптуру мальчика, склонившегося над убитой матерью. Но я предложил взять на это место «Вдов», только в новом изложении, более значительных размеров и выполненных в бронзе. Вначале скульптор резко отверг мое предложение, но потом согласился с ним. Композиция из пяти бронзовых скульптур высотой 4,2 м была сооружена, и теперь «Вдовы» смотрят в даль в ожидании не вернувшихся с войны мужей и сыновей. На открытии мемориала были члены правительства, Митрополит Филарет, посол Германии, писатель Иван Чигринов, который сказал, что если бы не было «Хатыни», были бы «Доры». Через пару лет, в очередную годовщину трагедии, на мемориал приезжал Митрополит всея Руси Алексий Второй с грандиозными хорами.  Благодаря комплексу «Доры» и «с учетом значительного вклада в проектирование и строительство авторских работ в Беларуси» мое имя внесли в Международную энциклопедию «Архитекторы всех времен и народов», изданную в Германии в 2002 г. (Мюнхен, Лейпциг).  А в 2007 г. я получил  членство в Биографическом институте в США и одновременно номинирован на звание «Человек года».

Но с Америкой Вас связывает не только членство 

– В 1993 г., будучи главным архитектором Минскгражданпроекта,  вместе директором А.И. Ничкасовым организовали командировку в США на 10 дней для 25 сотрудников института. Все участники прошли курс обучения «Менеджмент и социальное развитие» и получили соответствующие сертификаты. Посетили Вашингтон, Нью-Йорк, Принстон, Балтимор, Атлантик-Сити. Это была интереснейшая поездка с точки зрения получения новых профессиональных знаний в области проектирования жилых и общественных зданий. Кроме того, в Америке живут и работают мои друзья, еще по Белгоспроекту. До сих пор поддерживаем связь и навещаем изредка друг друга… У меня вообще много друзей-приятелей в разных странах –Канаде, Польше, Литве, Армении, Казахстане, России (Москва, Петербург, Новосибирск, Севастополь), Украине (Мариуполь, Донбасс).

– Имя Станислава Ивановича Федченко ассоциируется не только с архитектурой. Есть  у Вас замечательное хобби, ставшее смыслом и второй сутью Вашей жизни. Если уместно здесь привести фольклорное сравнение, то Вы «и швец, и жнец, и на дуде игрец». А с легкой руки Евгения Ковалевского, председателя Союза архитекторов в 1990-е годы,  Вам даже негласно «присвоено» звание «Народный артист Союза архитекторов»…

– Да, был я «мотором» общественной деятельности БСА. Всю жизнь, помимо архитектуры, занимался живописью, писал стихи и песни, сочинял инструментальные пьесы и как музыкант организовывал музыкальные концерты и выступления на фестивалях архитектуры и различных юбилеях. Когда к своему 70-летию издал книгу стихов «Архитектуру музыкой застывшею зовут» в количестве 500 штук, она буквально разлетелась по свету. В ней много посвящений, и у меня до сих пор спрашивают, не «завалялся» ли хоть один экземплярчик. Кроме русского и белорусского пишу стихи на польском, которым владею свободно, и на английском.

 Вдохновляюсь белорусской природой и часто выезжаю на пленэры. Выставки моих живописных работ устраивались в Доме архитекторов, библиотеках Минска, Национальной библиотеке Республики Беларусь, художественной галерее на Козлова, 3. Я вообще по натуре человек общественный и компанейский, люблю что-нибудь такое хорошее «замутить». Может, кому-то не по нраву моя излишняя активность, мои, каюсь, порой небезобидные шутки, но это не по злобе душевной, а из чувства справедливости (смеется). 

 В нашем журнале Вы неоднократно выступали с панегириками о творчестве коллег-архитекторов…

–  О людях творческих надо говорить. И желательно, пока они живы. Ведь, согласитесь, человек-непрофессионал может назвать лишь две-три фамилии «культовых» архитекторов своего города. Но мы же знаем, что город проектируют и строят десятки и десятки не менее талантливых, разносторонних, интересных зодчих. Но они не на виду, и не все заслуженные. Вот я в силу моих скромных сил и пытаюсь восполнить пробел. Ведь каждый из тех, о ком я писал, – личность: А.В. Желдаков, Г.И. Лиопо, М.М. Пирогов, В.Г. Крусь, В.А. Бабашкин, С.С. Журавлев.

– Вы счастливый человек?

– Безусловно. В жизни испытал многое, но и она меня одарила сполна. Я богат – богат любовью родных и близких, которую дарил сам и которую дарили мне. Богат друзьями. И, конечно, творчеством с его радостями побед и горечью неудач. Особая гордость и счастье – моя семья и семьи детей. Жена Александра Петровна, с которой рука об руку, в любви и согласии (улыбается) прошли с самой юности всю долгую (мне уже 80!), но такую короткую жизнь, – инженер-строитель, проектировщик и коллега. Она разработала все главные инженерно-конструкторские проекты для всех объектов моей творческой мастерской. Сын Валентин – известный инженер-строитель. Дочь Татьяна – архитектор, тоже внесла большой вклад в проектирование объектов творческой мастерской. Три внучки (Ксения – дизайнер интерьеров, прекрасный художник, награждена дипломами  за участие в выставках живописи во Франции и в Македонии; Евгения – архитектор по профессии, работает в Москве; Маша школьница), внук, два правнука и правнучка. И в каждом из них есть творческая жилка.  Наверное, потому что росли в такой атмосфере. Когда я делал чеканки, делали их и дети. Когда рисовал – и они рисовали. Играл на инструментах и пел – почти все тоже делали это.   

– В общем, судьба сложилась: сына (и дочь) взрастили, дом построили, сад посадили. Но, как Вы писали в «Оде самовлюбленного юбиляра» к недавно отмеченному 80-летию, «не исчерпал я жизни квоту, и почему б не помечтать!». Какие еще желания Вас посещают?

– Их немало. Чтобы были здоровы и счастливы мои родные-близкие и друзья. Чтобы им улыбалась удача. Для себя – «чтобы песни звучали» и не покидало творчество. А вообще отвечу словами из той же оды:

      Короче, возраст мой нехилый, он для меня не приговор –                           

      Еще, поверьте, есть и силы идти судьбе наперекор!                                   

      Еще смотрю и на коленки, и на портреты милых дам…                                      

      Короче, маю інтарэсы, как говорят, не по годам!..

Беседовала Ольга Машарова